Неточные совпадения
Он все охотнее посещал разные собрания и, воздерживаясь от
споров, не вмешиваясь
в разногласия, произносил краткие солидные речи, указывая, что, если за каждым человеком признается право на свободу мнения, — эта свобода вменяет каждому ‹
в› обязанность уважать мнение
противника.
Теологические возражения могли ему представлять только исторический интерес; нелепость дуализма до того ясна его простому взгляду, что он не может вступать
в серьезный
спор с ним, так, как его
противники — химические богословы и святые отцы физиологии, —
в свою очередь, не могут серьезно опровергать магию или астрологию.
Ходоки упорно стояли каждый на своем, и это подняло на ноги оба мочеганских конца.
В спорах и препирательствах сторонников и
противников орды принял деятельное участие даже Кержацкий конец, насколько он был причастен кабаку Рачителихи. Ходокам делали очные ставки, вызывали
в волость, уговаривали, но они продолжали рознить. Особенно неистовствовал Тит, так и наступавший на Коваля.
В это время
спор в кабинете уже кончился. Оба
противника вышли
в зало, и Замин подошел к Вихрову, а Рагуза к хозяину.
Опять сошлись, опять промах у Гаганова и опять выстрел вверх у Ставрогина. Про эти выстрелы вверх можно было бы и
поспорить: Николай Всеволодович мог прямо утверждать, что он стреляет как следует, если бы сам не сознался
в умышленном промахе. Он наводил пистолет не прямо
в небо или
в дерево, а все-таки как бы метил
в противника, хотя, впрочем, брал на аршин поверх его шляпы.
В этот второй раз прицел был даже еще ниже, еще правдоподобнее; но уже Гаганова нельзя было разуверить.
С нею обыкновенно никто из спорящих не соглашался и даже нередко ставили Дорушку
в затруднительное положение заученными софизмами, ко всего чаще она наголову побивала своею живою и простою речью всех своих ученых
противников, и Нестор Игнатьевич ликовал за нее, молча похаживая по оглашенной
спором комнате.
Итак, говорим мы, аксиома, утверждающая, что равномерность равномерна, находится вне
спора, и не о ней намерены мы повести речь с почтенною газетою"Зеркало Пенкоснимательности", которая делает нам честь считать нас
в числе ее
противников почти по всем вопросам нашей общественной жизни.
От этого вокруг меня образовалась пустота. Товарищеская среда недоумевала. Ранее она меня знала и любила. Я горячо откликался на все ее волнения, и меня привыкли «чувствовать» именно таким: волнующимся, отзывчивым на всякое дело, которое я считал справедливым. У меня были союзники и
противники. И я был
в союзе или
в борьбе среди того маленького мирка, который учился, думал, волновался и
спорил вокруг академии.
— Вы правее вашего
противника! — сказал он ему. — Но
в нашем
споре полагаю, что я прав; зачем же Татьяна Васильевна так унижает любовь?
В спорах он редко давал высказываться своему
противнику и подавлял его своей стремительной и страстной диалектикой.
— А
в чем же? — спросил не без наглости Пигасов.
В споре он сперва подтрунивал над
противником, потом становился грубым, а наконец дулся и умолкал.
В числе этих замечаний не нашлось, как водится, ни одного, которое бы не противоречило другому; тот утверждал, что конь «вислобокий», другой, напротив того,
спорил, что он добрый, третий бился об заклад, что «двужильный», четвертый уверял, что пегая лошадь ни более ни менее как «стогодовалая», и так далее; разумеется, мнения эти никому из них не были особенно дороги, и часто тот, кто утверждал одно, спустя минуту, а иногда и того менее, стоял уже за мнение своего
противника.
Один говорил глухим голосом, полным задушевности и скорбных нот сожаления к заблуждающемуся
противнику; другой — спокойно, с сознанием своего умственного превосходства, с желанием не употреблять тех слов, колющих самолюбие
противника, которых всегда так много
в споре двух людей о том, чья истина ближе к истине.
И вот между ними закипает тяжелый, бесконечный, оскорбительный, скучный русский
спор. Какой-нибудь отросток мысли, придирка к слову, к сравнению, случайно и вздорно увлекают их внимание
в сторону, и, дойдя до тупика, они уже не помнят, как вошли
в него. Промежуточные этапы исчезли бесследно; надо схватиться поскорее за первую мысль
противника, какая отыщется
в памяти, чтобы продлить спер и оставить за собою последнее слово.
Там говорили воспоминания друзей разного рода; многое сказалось
в жару
спора, многое возбуждено было тем, что
противникам Грановского показались слишком неумеренными восторги его поклонников.
Старайся, чтобы
в споре слова твои были мягки, а доводы тверды. Старайся не досадить
противнику, а убедить его.
Спор разгорелся жестокий. Вмешались другие, и было столько мнений, сколько спорящих. Таня
спорила резко, насмешливо, не брезгала софизмами и переиначиванием слов
противника. Ее большие глаза с суровою враждою смотрели на Токарева и на всех, кто хоть сколько-нибудь высказывался за ненавистного ей Бернштейна. Было уж за полночь,
в комнате стоял душный табачный дым, а
в окна тянуло свежею и глубокою тишиною спавшей ночи.
В этих кипящих
спорах в фойе театра дружески, без вражды сошлись представители самых различных общественных и литературных группировок Мне лично это очень понравилось, потому что до тех пор мы сходились с модернистами, религиозниками и всякими мирнообновленцами только на боевых публичных диспутах, где, конечно, было не до того, чтобы вслушиваться и вдумываться
в высказывание
противников.
Мне все больше становился неприятен Печерников, — душевным своим цинизмом! всегдашним уменьем выйти из
спора победителем нисколько не убежденного
противника, своею софистикой, которой я не умел разоблачить, и своею властью надо мною. Она сказывалась даже
в мелочах.
От
споров с товарищами была та же неудовлетворенность. На глупые возражения я возражал глупо, процесс
спора заводил
в какой-то тупик, и получалось одно раздражение. Только долгим трудом и привычкою дается умение незаметно для
противника непрерывно выпрямлять линию
спора, не давать ей вихляться и отклоняться
в стороны, приходить к решению вопроса, намеченного вначале.